Вечером 14 декабря в реабилитационном центре в деревне Нижнее Елькино в Туле произошла поножовщина и стрельба. В ходе конфликта один из подопечных напал с ножом на другого. Прибывшая полиция была вынуждена стрелять в нападавшего, отчего тот скончался. Этот случай — очередной инцидент в череде происшествий, которые регулярно случаются в подобных заведениях по всей стране.
Что такое рехабы, как там работают с подопечными и кто их контролирует, выясняла «Тульская пресса».
Ставка на психологическую поддержку
Реабилитационный центр, или рехаб, — это частное учреждение, где людям помогают справиться с алкогольной или наркотической зависимостью. В отличие от государственного наркодиспансера, где лечат медикаментами и ставят на учет, в рехабе делают ставку на психологическую поддержку. Цель — не просто вывести из запоя, а изменить образ мышления и вернуть человека в социум.
В последнее время в федеральном инфополе стали появляться скандальные новости о частных рехабах. Например, летом в подмосковном рехабе «Вектор жизни» постояльцев удерживали насильно и морили голодом. В ноябре в ребцентре для подростков 16-летний парень получил травму головы. Там выяснилось, что над детьми систематически издевались. В декабре спецназ закрыл сразу два «элитных» рехаба: «СеРЦА» под руководством Максима Антонова и «Неугасимая надежда». В первом людей также избивали и морили голодом, а во втором пациентам ломали ребра.
Как рассказала «Тульской прессе» заместитель главного врача по детству областного наркологического диспансера Юлия Перминова, частные реабилитационные центры никак не относятся к системе здравоохранения, поэтому комментировать их деятельность они не могут. Специалист отметила, что рехабы должны иметь соответствующие медицинские лицензии.
По официальной статистике диспансера, в Тульской области число людей, употребляющих наркотики, снижается, а квалифицированную помощь психиатры-наркологи оказывают в стенах наркодиспансеров. Однако по тем или иным причинам зависимые ищут альтернативу, которую как раз предлагают реабилитационные центры.
Мы разузнали, как работает один из таких центров — тот самый, где произошло ЧП в Нижнем Елькино.
Рехаб или трудовой лагерь?
Юрист Александр Бударагин подчеркивает, что деятельность рехабов в России — законна, но при соблюдении нескольких условий.
Во-первых, у реабилитационного центра должна быть лицензия на оказание медицинских услуг. Ее организатор рехаба может получить в Министерстве здравоохранения России.
Во-вторых, персонал ребцентра должен подтвердить свою квалификацию: наличие высшего медицинского образования, сертификаты специалиста, а также сертификаты о повышении квалификации.
В-третьих, деятельность рехаба должна быть зарегистрирована в качестве юрлица или ИП.
Сверимся с тульским заведением, где произошла стрельба и поножовщина. Центр в Нижнем Елькино — филиал Межрегиональной благотворительной общественной организации «Возрождение». Она официально зарегистрирована в 2012 году. На сайте центра опубликовано свидетельство о государственной регистрации некоммерческой организации, а также документ от ФНС о постановке на учет российской организации в налоговом органе по месту ее нахождения. Также на портале опубликован устав организации.
Стало быть, «Возрождение» — НКО. Разрешения на квалифицированную работу с пациентами на их сайте мы не нашли. Получается, в данном заведении собирают группу зависимых людей. И что же они там делают?
«Старшие люди» организуют работу грузчиков
В уставе прописаны благородные цели: социальная поддержка, духовно-нравственная и психологическая помощь «лицам, находящимся в противоречии с моралью общества», социальное восстановление, помощь бывшим заключенным и бездомным, содействие укреплению семьи.
«Программа реабилитации алкоголиков и наркоманов является последовательностью взаимосвязанных мероприятий, цель которых – устранение зависимостей и предупреждение срывов. После выведения из запоя высока вероятность возвращения к привычному образу жизни. По этой причине медикаментозная терапия сменяется психологической, социальной адаптацией», — сказано на их сайте.
Филиалы «Возрождения» есть в 16 городах по стране и еще семь отдельно в Московской области. Тульский офис находится на Красноармейском проспекте с домами проживания в Нижнем Елькине и Новомосковске. Юридический адрес организации — в Орле.
Чтобы понять, как декларации соотносятся с реальностью, «Тульская пресса» попыталась связаться с центром от лица сестры наркозависимого, который якобы хочет лечиться. Мы попытались позвонить по единому номеру, указанному на сайте, однако там автоответчик сообщил, что номер не существует. Вторая попытка – звонок на тульский номер, однако там к телефону никто не подошел.
Тогда мы набрали орловский номер. Здесь нам повезло – на звонок быстро ответила женщина и сразу обозначила условия:
«Медицинскую помощь мы не оказываем, у нас трудотерапия, у нас работают грузчиками. Человек сам должен нам позвонить и сказать, что он хочет помощи. Мы не приезжаем насильно. Его, естественно, в своем городе не оставят, он поедет в другой город. Куда – не можем сказать, но точно не в Тулу. Местных в своих городах не оставляем, чтобы они не возвращались в «компашку», но вы всегда можете быть на связи».
Итак, судя по данной логике, в тульском центре, где произошла поножовщина, вероятно, проживали жители других регионов страны?
На вопрос, кто будет работать с пациентом, нам ответили: «Старшие люди». На уточнение, кто эти «старшие», последовало: «Это сотрудники, помощники, волонтеры». Ни о каких психологах или врачах не было уточнено.
Когда мы упомянули, что у нашего выдуманного брата проблемы с коленями и тяжелая работа грузчиком ему противопоказана, собеседница ответила:
«Мы тогда не сможем помочь. Куда обращаться — даже не могу вам подсказать… Вам уже необходима не такая реабилитация. Вам необходимо туда, где оказывают людям медицинскую помощь. Но это, соответственно, платные центры, а у нас все бесплатно».
В конце разговора женщина еще раз подчеркнула, что их центр не оказывает медицинских услуг, несмотря на то что на сайте медикаментозная терапия прописана. Собеседница предложила «поштудировать интернет» в поисках других вариантов, и на этом мы попрощались.
Кто в ответе за постояльцев рехаба?
Кто отвечает за то, что происходит в таких «рехабах» или таких трудовых лагерях, если даже звонящим туда не могут толком объяснить, чем они занимаются? Вопрос остается открытым.
Нарколог Василий Шуров в интервью Пятому каналу сообщил, что главная проблема ребцентров — отсутствие документов, которые бы регламентировали их деятельность.
«В идеале реабилитационный центр существует при медицинской клинике, работает по медицинской лицензии», — отметил Шуров.
Очевидно, что в этом вопросе должно быть законодательное решение, которого сейчас не существует.
Куда наркозависимые могут обратиться за помощью? Этот вопрос мы задали региональному минздраву. Юлия Перминова подчеркнула, что в Тульской области помощь зависимым можно получить в государственной системе.
Для взрослых работает отделение медицинской реабилитации в новомосковском филиале наркодиспансера. Для несовершеннолетних — отделение, подведомственное министерству труда и соцзащиты, тоже в Новомосковске. Есть и негосударственные центры, включенные в областной реестр реабилитационных центров: «Страна живых» и «Сила жизни».