В рамках проекта, приуроченного к 100-летию Новомосковска, мы продолжаем знакомить читателей с выдающимися жителями города.
Меньше чем через месяц, 21 июля, Михаилу Васильевичу Пастушкову исполнится 100 лет. Участник Великой Отечественной войны, почетный житель Новомосковска, он родился в Смоленской области, там же его застала война, а после победы судьба забросила его в тогда еще Сталиногорск, где Михаил Васильевич остался: женился, вырастил детей. И на его глазах город рос и развивался.
Мы приехали к ветерану за месяц до его векового юбилея: поговорили о войне, жизни и Новомосковске.
Михаил Васильевич, вы родились на Смоленщине — и войну встретили там же. Помните первые дни?
21 июня 1941 года у нас был выпускной вечер, я только семь классов закончил. 22 июня началась война. Через месяц нас оккупировали.
А свои чувства в тот день помните?
Да, убивающий день тогда был. Траурный. Сразу объявили мобилизацию, и мой отец под нее попал. В 1943 году он погиб.
Сколько лет вам тогда было?
Четырнадцать. Я родился 21 июля 1926 года (хотя по документам записан 22-го числа).
Страшно было?
Как вам сказать. Мы тогда о смерти не думали. Просто цель была, мечта — победить, защитить нашу Родину. И не было мыслей даже: что вот кто-то идет, а я в стороне буду стоять.
С первого дня немцы стали расправляться с местными не по-человечески. Убивать стали, вешать… А я подростком в то время был. Когда немцы добрались до коммунистов, учителей, угонять скотину начали, мы (я и еще один парень, мой ровесник) были вынуждены со стариками уйти в лес.
Там организовали партизанский отряд. Их начальник сказал: «Такие, как вы, нам и нужны». Мы ходили на разведку: садились на лошадей, косу на плечо закидывали (мол, косить едем), а там вплотную к немцам подходили, выясняли, где техника стоит… И докладывали потом. Вот так два года занимались подрывной деятельностью в партизанском отряде… И под оккупацией были два года и три месяца. Только в октябре 1943-го освободили. А уже в ноябре нас поставили на учет.
Прошли месячную переподготовку и были освобождены — «до первого вызова». Первая повестка пришла только в марте 1944 года. С того момента нас направили в учебный пункт, а с сентября по февраль я находился на передовой. С передовой получилась неприятность: шесть человек заболели разом воспалением легких, это было 28 февраля 1945 года. И отправили нас в госпиталь.
До сих пор жалею, что так получилось.
Куда вас отправили после победы?
После госпиталя — это была весна — мы, все шесть человек, попали на военно-пересыльный пункт, оттуда нас отправили в Горький — учиться на шоферов. Месяц там пробыли, и закончилась война. Потом получили права, и в июле нас, уже обученных, отправили в Тульскую область для обслуживания лагерей военнопленных.
В Туле нас принял полковник Борис Николаевич Сапожников. Пятерых человек отпустил, а меня спросил: «Будешь меня возить?» Я согласился.
Когда на нас напали, вы были подростком. А чем мечтали до войны?
У меня была мечта стать учителем. А потом… Семь лет прослужил, работу нашел. Мог бы отучиться, но уже двое детей было. И работа водителем мне нравилась. Поэтому и остановился на этом.
А в Новомосковске как оказались?
Последний лагерь военнопленных был здесь, на Гипсовом. А в 1951 году я устроился на местный комбинат, где выполнял ответственную работу — возил взрывчатку. Все время был в командировках, от Украины до Урала — все объездил. Спал по три-четыре часа. Бывало, надо ехать на Украину. Документы оформишь и уже в час-два [часа] ночи выезжаешь, чтобы «по холодку» добраться. Техника-то была не такая, как сейчас. Сейчас и быстроходы, и гидравлика… Совсем другое дело.
На чем ездили?
Начинал с ГАЗ-51, потом был ЗиЛ-150, ЗиЛ-64 модернизированный. И так — до 130-го. Уже при мне КамАЗы были, но я как-то привык к своей машине, так и ездил на ней.
Проработал на комбинате 42 года: постоянно был на доске почета, награжден неоднократно орденами, медалями, грамотами. Вот так и прошла моя жизнь.
Получается, всю жизнь прожили в Новомосковске?
Да. После войны три года в Туле провел. Потом в Новомосковск приехал, тут и приземлился. Здесь же с женой познакомился: женился, дочь родилась. [Жена ваша из Тульской области? Из села Гати под Веневом].
Вот так. С 1949 года и до сегодняшнего дня. В этой квартире 46 лет прожил.
Михаил Васильевич, вы, когда на пенсию ушли, чем занялись?
В то время дочь получила участок под Москвой, рядом с Истрой. Говорит, надо дом строить. Отказаться я не мог, двенадцать лет там провел. А потом и другая дочь купила дачу. Случилась та же история.
Вы практически застали, как рос Новомосковск: жили здесь, когда он был Сталиногорском. Сильно город поменялся?
Сильно. Тут (показывает на окно. — Прим. автора) была линия, рабочий поезд ходил. Вокзал там был. А где улица Московская сейчас, даже асфальта не было, лужи одни. Дома все на моих глазах строили. Даже это место, где сейчас мой дом стоит, было чистым полем, где пшеницу сеяли.
Думали тогда о том, что будет в XXI веке?
Я всегда говорил: дожить бы до пенсии, а там годочка два на машине (у меня «шестерка» была) свободно поездить. На Смоленщину за грибами отправиться. И вот уже сколько пожил. Младших сестер и братьев уже по двадцать–тридцать лет в живых нет, а у меня самая тяжелая жизнь была — и вот сколько живу. 100 лет почти.
А у вас семья большая была?
Четыре брата и две сестры. Старшая сестра — ее на трудовой фронт отправили, на Урал. Я в лес ушел, чтобы к немцам не попасть. Остальные ребята — все младше меня.
В итоге на Смоленщину за грибами съездили?
Да. И тут еще поездил. (Смеется.)
А помимо грибов увлекались чем? Например, рыбалкой.
Рыбалку я не особо любил. Но у нас возле дома, в Смоленской области, речушка была небольшая. А рыбы — хоть руками лови. Вот я, брат мой, отец после обеда брали ведро и шли за рыбой. И раков руками ловили.
Михаил Васильевич, через месяц вам будет 100 лет. С какими мыслями вы встречаете этот возраст?
Пожил я, дай Бог каждому. Но и еще пожить охота.
Когда война кончилась, мы поехали в Румынию — получать машины. Идем по Кишиневу, с автоматами… А тут цыганка ко мне пристала. Дай, говорит, погадаю. Я говорю: «Все угадано уже: война кончилась, я жив остался». А она не отстает: «Погадаю-погадаю». Согласился. Сказала мне: «Проживешь очень много лет. Жизнь будет тяжелая, но интересная». И действительно так все случилось.
Cookies