Предупреждение! Употребление, хранение и распространение наркотических средств запрещены законодательством (ст. 228, 228.1, 229, 229.1 УК РФ) и влекут уголовную ответственность.
Редакция «Тульской прессы» просит читателей отнестись к теме с пониманием: за каждой историей стоят реальные люди. Если вы или ваши близкие столкнулись с проблемой наркозависимости, обратитесь за помощью к специалистам.
18+
Предисловие от автора статьи Дарьи
Я была заочно знакома с Дилей (имя изменено – Прим. авт.) задолго до этого интервью. На вечеринках, концертах и фотоотчетах с них; в местных барах и галереях современного искусства; в «кружках» телеграм-каналов и сплетнях – она была везде и сразу.
Пару лет назад знакомый рассказал мне, что «ту девочку с розовыми волосами» положили в реабилитационный центр: семья насилу, со скандалом вытащила ее из какой-то бани со взрослыми мужчинами.
Сейчас Диле 19 лет. Она чиста уже 1 год и 11 месяцев.
Я намеренно оставила ее рассказ без изменений и авторской речи. Максимум – отредактировала особенно шокирующие моменты в соответствии с требованиями законодательства.
«Немножко беспризорница»
– Может, у меня синдром среднего ребенка, – предполагает Диля, – но я до сих пор убеждена, что в семье мне не уделяли много внимания.
Когда мне было 9 лет, родилась младшая сестра. Дома начался хаос: у мамы началась постродовая депрессия, ссоры между родителями участились. Обстановка в доме мне не нравилась, и я даже боялась.
Для меня роднее стали друзья. Я любила большие компании, была их «душой». Казалось, что там мне уделяют внимание.
Дома за мной особо никто не следил: я была немножко «беспризорница», воспитанная улицей. Делала что хотела, ходила куда хотела – просто ставила всех перед фактом.
Какого-то занятия постоянного у меня не было. Считала, что я классная, модная, много за что шарю. То, какая я есть, и было моим хобби. Всю жизнь я стремилась общаться с популярными людьми, сразу попадала в типа «крутые» компании. Так что у меня были проходки на все концерты. Только сейчас я поняла, что этот «VIP-билетик» ничего не значил.
Алкоголь
– Родители никогда не обсуждали с нами, детьми, алкоголь и наркотики. Вот в школе к нам приходили люди из наркодиспансера, но мне это не особо было интересно.
Алкоголь я попробовала рано, лет в 12.
С раннего возраста я общалась с людьми, которые были старше меня года на четыре минимум. Так что проблем с доступом к алкоголю не было: не приходилось стоять и выпрашивать, чтобы нам кто-то его купил.
Этот опыт меня никак не впечатлил. Но я решила, что для общения со взрослыми мне тоже нужно пить и курить. Да и в принципе мне хотелось новых ощущений – делать что-то опасное, запретное. Без этого было скучно.
Дома – ничего не происходило: пришла, легла спать. Я и сейчас очень ловко вру, поэтому с самого детства у меня получалось выкручиваться из любых ситуаций. Возможно, моя мама просто делала вид, что не замечает. Правда, я искренне верю, что очень хорошо ее обманывала.
Растения
– Первый раз я попробовала наркотики в 13 лет. Мы с более взрослыми ребятами сделали это за гаражами.
Никто мне не сказал про дозировки – помню, я тогда знатно переборщила. Мне было плохо, страшно. Был, возможно, психоз какой-то даже. Меня это вообще никак не остановило, потому что я увидела одобрение в глазах компании.
В 14 лет я пригласила «друзей» к себе домой – ребята приносили алкоголь и наркотики, и мы вот так вот чиллили. На эти пару недель родители и младшая сестра уехали на дачу, а старшая жила с парнем в Питере
Попробовав ещё пару раз, я стала зависимой. И в 14 лет я употребляла уже почти каждый день.
Несмотря на то, что мы покупали наркотики вскладчину, все равно мне приходилось искать деньги. Я откладывала карманные деньги, зарабатывала самостоятельно. Еще сдавала золото в ломбард: за золотые сережки мне дали тысяч 20. Моральные ценности уже тогда сбились конкретно.
А как-то раз я потратила на наркотики деньги, которые мне дали на зимнюю курточку. Ходила потом, мерзла.
Воровала в магазинах еду, вещи какие-то. Один раз меня забрали в полицию за распитие алкоголя в общественном месте. После этого меня поставили на учет: так и ходила, отмечалась. Разочек меня поймали на воровстве в магазине, но и это меня не остановило.
Помню, родители, как нормальные люди, меня поругали. Я сначала их боялась – в основном маму, – а потом просто ставила перед фактом: мол, вы мне не указ.
Синтетика
– В какой-то момент, когда родители были на даче, подруга сестры (мы с ней сошлись на почве употребления) позвала меня в туалет «поговорить». Я без задней мысли согласилась.
В туалете она достала запрещенное вещество. У меня сразу страх, волнение, и при этом жесткий интерес. Может быть, я стояла минуты три: молчала, думала. И говорю: «Давай». Организм у меня охренел вообще – я потом пошла проблевалась.
Моя сестра никогда ничего не употребляла – даже алкоголь не пила. Но знала, что ее друзья это делают. Плохие друзья, раз они меня на это подбили и ничего ей не рассказали.
Сначала на тебе, как будто розовые очки: ты реально не видишь того, что с тобой происходит. Потом начинаются «отхода».
Тогда человек становится апатичной мямлей, делать ему ничего не хочется. Физическое состояние вообще на нуле: как будто тебя избили, высосали все полезное из организма. Хочется употребить еще, лишь бы не находиться в таком состоянии.
Я чувствовала свою полную безответственность – в таком состоянии могла себе позволить делать все, что хочу. И абсолютно ни о чем не думать: ни о прошлом, ни о будущем.
Родные замечали, что что-то не так, но я ловко избегала любых неудобных разговоров. Появился новый мир: гулянок, друзей и наркотиков. Я забила на школу. Начала прогуливать школу: мне было лень приходить – не до этого было. Сразу появились «троечки» – еле-еле я закончила 9-й класс.
«Любовь заполнила все»
– Лет в 15 я стала встречаться с парнем, который был значительно старше меня. Это была моя первая любовь. На 5 месяцев я забыла про наркотики, потому что стала жить с ним: мне было стыдно, что он такое обо мне узнает. Тяги к веществам у меня тоже не было: любовь заполнила все.
Мне было все равно на разницу в возрасте: я оправдывала парня тем, что сама мыслю, как взрослая. Сейчас, когда я чуть-чуть подросла, понимаю, что это было вообще не нормально.
Мы расстались, потому что он мне изменил. Я впала в настоящую депрессию. Вернулась домой. Мама пыталась меня «откачать», как умела. Первый месяц я просто лежала. А потом вернулась в притон.
Притон
– Я пару раз употребляла там, в той компании. У наркоманов нет ни моральных, ни нравственных ценностей – им было все равно, сколько человек в квартире, кто эти люди, сколько им лет. «Пришла, ну сиди – ты не мешаешь, к тому же такая же, как и мы».
Я тусовалась там полтора года. Это был период кошмарного, практически ежедневного употребления.
Мы часто «марафонили». Два-три дня ты не спишь, не ешь, просто употребляешь. Помню, я могла «вырубиться» просто из-за того, что организм обессилен.
Я думала, что смогу обойтись без последствий. Но со временем я перестала приходить домой: не было времени, чтобы там появляться.
Я тратила все свое время на то, что спала, восстанавливалась, а потом опять употребляла.
Мама думала, что я сильно бухаю и просто «забила» на свою жизнь. Поначалу она мне часто звонила и спрашивала: где я, что я. Просила вернуться домой. Но я упрямо стояла на том, что никуда не вернусь. И считала, что вообще она в мою жизнь лезть не должна. Видимо, потом мама смирилась с этим.
Я тогда уже поступила в колледж. Пыталась ходить на занятия, но из-за «отходов» меня учеба абсолютно не интересовала. Казалось, что гораздо веселее торчать с друзьями дома.
Вся жизнь пошла по наклонной. Нормальные друзья от меня отвернулись. Даже знакомые наркоманы, которые узнали, что я употребляю синтетические вещества, перестали со мной общаться. Хотя по факту что растительные, что синтетические – все одно.
Помню, как ходила за наркотиком. Ну какая здравая маленькая девочка пойдет одна ночью в лес что-то копать?!
Пистолет
– Накануне того дня я «марафонила» с компанией. Мы захотели еще, собрали крупную сумму и купили наркотик. Был ужасный ливень. Мы на «отходах» поперлись в какой-то лес, но ничего не нашли.
Мне стало так обидно из-за потраченного времен и денег, что началась сильная истерика. Я вся в слезах позвонила своей старшей сестре и во всем призналась: «Сестренка, помоги мне! Я не могу справиться со своей зависимостью, мне нужна помощь». Она меня спокойно выслушала, и уже на следующий день была в Туле.
Я поклялась ей, что никогда больше не буду употреблять. Но этот разговор впечатлил меня ровно на 10 минут. Тем же вечером я узнала, что мои друзья планируют принять вещества, и моя зависимость взяла верх.
Я пошла к ним. На следующий день я вернулась домой в таком полудохлом состоянии, что сестра сразу все поняла.
Вечером меня снова отпустили гулять. Я поехала с подругой в частный дом с баней, где отдыхала компания взрослых мужчин.
Из-за крепкого алкоголя у меня сорвало крышу – просто психом стала! Я начала плакать, биться в истерике.
Те мужчины попытались воспользоваться моим положением, но я дала отпор. А когда «отрубилась», они сняли с моим участием похабное видео. Мне показали этот ролик, когда я уже вышла из рехаба. Ужасно мерзко – надеюсь, этим людям все вернется…
Следующее, что я помню, как мои мама и сестра забирают меня из этого дома на машине. Подруга, видя ситуацию, сама позвонила им.
По пути в город я выпрыгивала из машины, бегала между машинами по трассе. Это был просто психоз, агония! Я абсолютно не боялась умереть.
Кое-как меня довезли до заправки. Я вела себя максимально неадекватно, и маме потребовалась помощь прохожих. Один из них, видимо, подумал, что я преступник какой-то, приставил к моей голове пневматический пистолет. Угрозы меня только сильнее испугали.
После приехала полиция и скорая. Это все со слов моей мамы – сама я ничего не помню.
Рехаб
– Когда меня привезли домой, я уже успокоилась. Родители сказали, чтобы я собирала вещи: меня отвезут в больницу.
В «больнице» у меня забрали телефон, наушники. Родители уехали.
Я поднялась на второй этаж, в общую комнату к девочкам. Первое, что я у них спросила: «А сколько вы тут уже лежите?». Одна говорит – год. Вторая – полгода. И тут я понимаю, что здесь останусь надолго.
В рехабе было тяжело, и полгода для меня показались вечностью. Я не люблю двигаться по системе, а в рехабе все по расписанию: подъем, зарядка, завтрак, чтение, занятия… Там ты не выбираешь, с кем тебе общаться, не можешь делать то, что тебе хочется – все всегда под присмотром. Для меня это сложно.
К тому же я не могла получить помощь психотерапевта или психиатра. Только психолог раз в неделю задавала контрольные вопросы – так, для галочки.
Под конец пятого месяца мой консультант сказал, что через пару дней меня заберут. Ой, я была очень счастлива!
После выписки я ехала по Туле с папой на машине и думала, как классно самостоятельно пойти в магазин, купить себе все, что захочется, проснуться в любое время.
Свобода действий – это настолько приятно! После рехаба начинаешь ценить обычную жизнь.
Согласно системе 12-ти шагов, я должна была минимум месяц волонтерить в том рехабе. Когда срок подошел к концу, я сразу уехала в Питер к сестре. Пожила с ней чуть-чуть, а потом отправилась в самостоятельное плавание.
Теперь – только дальше
– Я живу самостоятельно уже полтора года, работаю и заочно учусь на графического дизайнера. Родители даже хотят мне купить компьютер, чтобы я могла заниматься!
Сейчас я делаю все, чтобы в моей жизни была стабильность – мне так спокойнее. В будущем я хотела бы переехать из России куда-нибудь к морю.
Уже прошло много времени, но зависимость мне до сих пор аукается.
У меня сильно ослаб иммунитет, так что в городе со сложным климатом я стала часто и сильно болеть. Зубы покрошились – вещества сильно вымывают кальций из организма.
С психикой кошмар кошмарный! Недавно у меня был настоящий психоз. Во время прогулки с подружкой я внезапно упала на асфальт. У меня началась паническая атака, истерика – я подумала, что у меня инсульт. Хорошо, что подруга вызвала скорую – меня откачали.
Мысли о наркотиках до конца убрать не получится. Иногда я вспоминаю все то, что мне пришлось пережить, и грязные мыслишки лезут в голову. Но я держусь.
Сейчас очень много подростков принимают наркотики. В Питере, в Туле – наркоманы везде найдутся.
Ребят, употребление – это только иллюзия всего хорошего. Рано или поздно ты будешь жалеть, что когда-то вообще начал употреблять. Лучше никогда к ним не притрагиваться! Они ничего хорошего тебе не дадут – ни новых знакомств, ни «профита». Это абсолютно бесполезная вещь, которая только рушит твою жизнь. А после нее тебе еще и заново придется учиться жить.
Знала бы я, как тяжело восстанавливаться потом, никогда бы не начала.
С родителями я общаюсь ближе, хотя все еще не готова довериться им полностью. Только недавно я позвонила папе и говорю: «Мне нужно это все обсудить. Мне неприятно, что вы, мои родители, так отдалены от моей истории, хотя мне было очень больно и плохо». Оказалось, папа просто боялся задеть меня разговором. Даже если родители не дали той обратной связи, какой мне хотелось бы, я по крайней мере выговорилась. Стало легче.
Бывших наркоманов правда не бывает. У каждого человека есть зависимость – и это не всегда про наркотики. Вот сейчас моя зависимость – это ложь. Я стараюсь себя от этого отучать, потому после вранья на душе становится гнусно. К тому же разговор по душам только к лучшему.
Наркоманы находятся среди нас. Чаще всего это люди безнравственные, которые не подумают, что вещества тебе могут навредить. Если вам кто-то предлагает наркотик, смело шлите этого человека на три буквы и уходите.
Вам не нужны наркотики, вы выше этого!
Cookies