За десять лет вейп прошел путь от «средства для отказа от сигарет» до объекта жесткого регулирования. На оперативном совещании 26 октября губернатор Тульской области Дмитрий Миляев поручил подготовить законопроект о запрете продажи вейпов — документ уже внесли в региональный парламент. Если Дума его примет, запрет на розничную продажу электронных сигарет и жидкостей к ним вступит в силу с 1 марта 2027 года и продлится пять лет.
Тула — не первый регион: аналогичные запреты уже действуют в других субъектах РФ, еще ряд регионов рассматривает такие меры. Но за формулировкой «запретить» стоит более сложная картина: тревожная статистика по подросткам — и вопрос, снизит ли запрет вред для здоровья или загонит продажи в тень, где состав жидкости не контролирует никто.
«Это не меньшее зло»
«Тульская пресса» поговорила с врачами — наркологами и пульмонологом. Они описывают два встречных процесса: взрослые курильщики все чаще переходят с обычных сигарет на электронные устройства, но более тревожная тенденция — рост числа подростков, которые начинают сразу с вейпа, минуя сигареты.
«На прием приходят пациенты 14–18 лет без стажа курения обычных сигарет — только с опытом парения, — отмечают специалисты. — Если раньше пациент впервые попадал к врачу в 30–40 лет, то сейчас симптомы раздражения дыхательных путей регистрируются у подростков с опытом парения менее года».
Первыми страдают слизистые: сухость во рту, першение в горле, утренний кашель, слезотечение — действие акролеина, который образуется при нагревании глицерина и пропиленгликоля. Дальше — аллергии вплоть до бронхиальной астмы, нарушение работы печени и почек, головные боли, снижение памяти и концентрации. Пациенты списывают это на усталость, хотя фактически это реакция на вдыхаемый пар.
На тезис «пусть лучше вейп, чем обычные сигареты» врачи отвечают прямо: отсутствие канцерогенных смол не делает устройство безопасным. При нагревании жидкости концентрация канцерогенов растет: формальдегид и акролеин токсичны и мутагенны, диацетил сужает бронхиолы, ароматизаторы провоцируют астму, вдыхание маслянистой жидкости ведет к липоидной пневмонии. Добавляются никотиновая зависимость, риск передозировки, взрывы устройств и передача инфекций — включая гепатит и туберкулез — при совместном использовании.
«Замена сигарет вейпом может лишь продлевать период полного отказа от курения, но не приближает его. «Меньшим злом» это считать нельзя», — подчеркивают специалисты.
Зависимость от вейпа формируется быстрее: солевой никотин усваивается мягко, без неприятных ощущений, что позволяет неосознанно наращивать дозу. Сигарета — ритуал со «стоп-сигналом», вейп допускает непрерывное использование — за учебой, в помещении, перед сном. У подростков с незрелой нервной системой зависимость закрепляется быстрее, а контроль снижен.
Клинический опыт опровергает и тезис о том, что вейп помогает бросить: пациенты, годами «отказывавшиеся через вейп», не курят сигарет, но зависимость сохраняется и углубляется. Оценить реальную нагрузку мешает непрозрачность состава — производители не раскрывают вещества и концентрации.
Мгновенного снижения числа зависимых запрет не даст: часть вернется к сигаретам, часть уйдет на нелегальный рынок. Но большинство зависимых впервые пробуют никотин в подростковом возрасте — и запрет, ограничивающий доступность, перекрывает «вход» для новых, самых юных потребителей. Для уже зависимых работают кабинеты отказа от курения и наркодиспансер — бесплатно по ОМС, возможно анонимно.
Главный медицинский риск запрета врачи видят в бесконтрольном составе жидкостей: даже в легальной продукции есть диацетил, формальдегид, тяжёлые металлы, а на нелегальном рынке добавляются суррогаты и синтетический никотин в неизвестных дозах.
«Ограничительные меры целесообразны только в комплексе с жёстким контролем оборота: иначе вместо легального продукта с декларируемым составом формируется неуправляемый рынок, а врачи лечат последствия без информации о причине отравления», — подчёркивают специалисты.
«Давайте бороться, а не делать вид»
Заместитель председателя Тульской областной Думы Александр Балберов не склонен сводить вопрос к «за» или «против». Вред вейпов он считает очевидным — «вреднее табачных изделий, однозначно». Но тут же напоминает: «Мы собираем то, что посеяли сами». Вейп-культуру внедряли в сознание людей целенаправленно — с фестивалями и рекламой, с тезисом, что «ничего не горит и не чадит». Практика показала обратное, и запретить, по его словам, можно — вопрос в другом: «Как это будет работать? Будет ли работать вообще?»
Последствия разрозненных запретов он описывает без иллюзий:
«Сразу же появятся серые схемы, черный подпольный базар обязательно будет. Если бы федеральный орган принял закон с формулировкой «запрет на территории РФ, запрещен даже ввоз» — продукт не прошел бы таможню. Это одно. А так — поехал в другую страну, привез, как сигареты, блок или два, и отдал тому, кто заплатит, или по большой дружбе».
Его вывод звучит как предостережение и одновременно как программа: «Мысль-то хорошая. Но если мы собираемся бороться, давайте бороться, а не делать вид, что мы боремся».
За прилавком
Дмитрий (имя изменено) четыре года держит вейп-шоп в Тульской области. Два магазина, шесть сотрудников. Услышав о готовящемся запрете, он не спорит с его сторонниками — просто считает, что останется после.
«Придется закрывать, — говорит он. — Сотрудникам, естественно, придется искать другую работу. В регионах это большая проблема: таких магазинов сотни, плюс оптовики — возможно, около тысячи человек останется без работы. Предприниматели тоже остаются без альтернативы».
По его оценке, спрос после запрета не исчезнет: «Запретный плод самый сладкий, поэтому спрос будет расти, даже после закрытия всех магазинов. На сигареты вернется процентов 10–20, 1% бросит, остальные останутся на вейп-продукции».
Теневой рынок он воспринимает как данность. Покупатель, по его словам, найдет товар без труда — сейчас существуют группы и беседы на сотни тысяч человек. От никотина трудно отказаться, люди начнут искать и найдут очень легко. Теневой рынок будет в любом случае — вопрос лишь в том, что он окажется неконтролируемым. В магазине есть ограничения: можно отследить товар, посмотреть, насколько он качественный. У перекупов ограничений не будет никаких — они будут продавать всем подряд, и школьникам в том числе.
Сколько в регионе магазинов
Точного числа вейп-шопов в Тульской области не знает никто — и это отдельный сюжет. По данным системы «Честный ЗНАК», на 12 ноября 2026 года в регионе зарегистрировано 1 511 участников розничного оборота в товарных группах «альтернативная табачная продукция», «никотинсодержащая продукция», «сигареты и папиросы».
Сколько из них торгуют именно вейпами, посчитать невозможно: по ОКВЭД розничная торговля табаком, никотинсодержащей продукцией и электронными системами доставки никотина объединена в один код — 47.26 «Торговля розничная табачными изделиями в специализированных магазинах». Единый классификатор просто не позволяет выделить вейп-шопы в отдельную категорию.
Что будет после 1 марта
Текст законопроекта лаконичен: с 1 марта 2027 года по 1 марта 2032 года в Тульской области запрещается розничная продажа электронных сигарет и жидкостей к ним. Расчет на то, что большинство зависимых впервые пробуют никотин в подростковом возрасте, а значит, ограничение доступности перекрывает «вход» в зависимость для новых — прежде всего самых юных — потребителей.
Но спрос не исчезает вместе с прилавком, и об этом говорят все, с кем беседовала «Тульская пресса». Дмитрий (имя изменено) прямо говорит, что магазин придется закрыть, а покупатель найдет товар в группах и беседах — только контроль над этим товаром закончится. Врачи добавляют: самый опасный сценарий — не запрет как таковой, а бесконтрольный состав жидкостей, когда установить, чем отравлен пациент, невозможно.
Станет ли тульский запрет той мерой, которая перекроет «вход» в зависимость, станет ясно не раньше 1 марта 2027 года. Это будет видно по тому, насколько труднее станет подростку попробовать никотин впервые — и по тому, смогут ли врачи в случае отравления сказать, что именно попало в организм пациента.